НА СТРАНИЦУ «ЗАЩИТА ИСТОРИКО-АРХИТЕКТУРНОГО И КУЛЬТУРНОГО НАСЛЕДИЯ»

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ САЙТА

 

С.В. Заграевский,

академик, профессор, доктор архитектуры

 

ФОТОГАЛЕРЕЯ НАИБОЛЕЕ ГРУБЫХ НАРУШЕНИЙ

ИСТОРИЧЕСКОЙ СРЕДЫ МОСКВЫ ЗА ПОСЛЕДНЕЕ ДЕСЯТИЛЕТИЕ

(ЧАСТЬ 2)

Москва, 2008 г.

С.В. Заграевский © 2008

 

 ВЕРНУТЬСЯ К ЧАСТИ 1

 

 

Кто сказал, что московские власти и лично мэр Лужков не любят современную архитектуру? Вот какое здание встало напротив «Детского мира»! Торгово-офисный комплекс «Наутилус» (архитектор Андрей Воронцов) – не просто модернизм, а прямо футуризм. И не где-нибудь, а в самом сердце исторической Москвы, на Лубянской площади!

 

Кто сказал, что московские власти и лично мэр Лужков не любят современную архитектуру? Вот какое здание встало напротив «Детского мира»! Торгово-офисный комплекс «Наутилус» (архитектор Андрей Воронцов) – не просто модернизм, а прямо футуризм. И не где-нибудь, а в самом сердце исторической Москвы, на Лубянской площади!

 

 

В 1960-е годы Михаил Посохин-отец возвел в Москве Новый Арбат. В 2000-е Михаил Посохин-сын пристроил к новоарбатским «книжкам» еще одну высотку. Опять же, символично, да и высоток в центре прибавилось…

 

В 1960-е годы Михаил Посохин-отец возвел в Москве Новый Арбат. В 2000-е Михаил Посохин-сын пристроил к новоарбатским «книжкам» еще одну высотку. Опять же, символично, да и высоток в центре прибавилось…

 

 

А вот такая «мини-высотка» (архитектор Дмитрий Бархин, внук классика) встала напротив посохинской. Конечно, Садовому кольцу нечего терять, но неужели исключительную разностильность его застройки надо усугублять и дальше?

 

А вот такая «мини-высотка» (архитектор Дмитрий Бархин, внук классика) встала напротив посохинской. Конечно, Садовому кольцу нечего терять, но неужели исключительную разностильность его застройки надо усугублять и дальше?

 

 

Впрочем, здание Дм. Бархина – дело относительно давнее (начало 2000-х годов), уже как-то примелькалось, да и размеры у него скромные. А вот новодел 2007 года (точнее «Ситидел» – так называется этот бело-стеклянный бизнес-центр на Садовом кольце) умудрился «задавить» даже сталинские дома.

 

Впрочем, здание Дм. Бархина – дело относительно давнее (начало 2000-х годов), уже как-то примелькалось, да и размеры у него скромные. А вот новодел 2007 года (точнее «Ситидел» – так называется этот бело-стеклянный бизнес-центр на Садовом кольце) умудрился «задавить» даже сталинские дома.

 

 

Наверное, комплекс «Ситидел» – «месть» модернистской архитектуры «сталинкам» за то, что на Смоленской набережной между ними затерялся построенный в начале 1990-х годов ультрасовременный жилой дом английского посольства. Впрочем, в последние годы и за ним выросли новые новоделы (прошу прощения за тавтологию). Сочетание стилей,  конечно, потрясающее, но отнюдь не уникальное:

 

Наверное, комплекс «Ситидел» – «месть» модернистской архитектуры «сталинкам» за то, что на Смоленской набережной между ними затерялся построенный в начале 1990-х годов ультрасовременный жилой дом английского посольства. Впрочем, в последние годы и за ним выросли новые новоделы (прошу прощения за тавтологию). Сочетание стилей,  конечно, потрясающее, но отнюдь не уникальное:

 

 

Вот в какое сочетание стилей превратилась Большая Дорогомиловская улица…

 

…Вот в какое сочетание стилей превратилась Большая Дорогомиловская улица…

 

 

А вот в какое сочетание – Кудринская площадь. И самое забавное, что темно-коричневое здание в «мавританском стиле» в начале 2000-х годов построил Посохин-сын, а сталинскую высотку за ним – Посохин-отец. Опять же, преемственность поколений соблюдена…

 

…А вот в какое сочетание – Кудринская площадь. И самое забавное, что темно-коричневое здание в «мавританском стиле» в начале 2000-х годов построил Посохин-сын, а сталинскую высотку за ним – Посохин-отец. Опять же, преемственность поколений соблюдена…

 

 

Еще одно «украшение» Садового кольца – «Смоленский пассаж». Вдали – башенка «дома Жолтовского», которая сразу стала казаться куда более низкой. Гостиница «Белград» так на нее не давила.

 

Еще одно «украшение» Садового кольца – «Смоленский пассаж». Вдали – башенка «дома Жолтовского», которая сразу стала казаться куда более низкой. Гостиница «Белград» так на нее не давила.

 

 

Была когда-то на Садовом кольце площадь Курского вокзала. Курский вокзал остался, а площадь исчезла: ее практически полностью занял торгово-развлекательный комплекс «Атриум»…

 

Была когда-то на Садовом кольце площадь Курского вокзала. Курский вокзал остался, а площадь исчезла: ее практически полностью занял торгово-развлекательный комплекс «Атриум»…

 

 

 

В итоге город лишился очередного открытого пространства, а гостей столицы при выходе из вокзала встречает не площадь (как в огромном большинстве больших и малых городов во всем мире), а неприглядная глухая задняя стена «Атриума».

 

…В итоге город лишился очередного открытого пространства, а гостей столицы при выходе из вокзала встречает не площадь (как в огромном большинстве больших и малых городов во всем мире), а неприглядная глухая задняя стена «Атриума».

 

 

Видимо, на ансамбль Садового кольца московские власти окончательно махнули рукой, раз допускают появление на «красной линии» современных стандартных кирпичных многоэтажек (ул. Валовая, 21).

 

Видимо, на ансамбль Садового кольца московские власти окончательно махнули рукой, раз допускают появление на «красной линии» современных стандартных кирпичных многоэтажек (ул. Валовая, 21).

 

 

Да что там Садовое кольцо, если современная кирпичная многоэтажка (Петровский бульвар, 12, стр. 3) нависает даже над исторической застройкой Трубной площади. Впрочем, эта историческая застройка большей частью переработана в муляжи…

 

Да что там Садовое кольцо, если современная кирпичная многоэтажка (Петровский бульвар, 12, стр. 3) нависает даже над исторической застройкой Трубной площади. Впрочем, эта историческая застройка большей частью переработана в муляжи…

 

 

Сухаревская площадь. Был сквер, была старинная высотная доминанта – церковь Троицы в Листах. Теперь доминирует эклектичный новодел, задавивший не только саму церковь, но и недавно восстановленную колокольню.

 

Сухаревская площадь. Был сквер, была старинная высотная доминанта – церковь Троицы в Листах. Теперь доминирует эклектичный новодел, задавивший не только саму церковь, но и недавно восстановленную колокольню.

 

 

А этот совсем свежий новодел (гостиница «Park Inn», Большая Полянка, 17), автор которого вновь прячется за брендом застройщика «Группа компаний «КРТ», доминирует и над перспективой старинной московской улицы, и над церковью Григория Неокесарийского.

 

А этот совсем свежий новодел (гостиница «Park Inn», Большая Полянка, 17), автор которого вновь прячется за брендом застройщика «Группа компаний «КРТ», доминирует и над перспективой старинной московской улицы, и над церковью Григория Неокесарийского.

 

 

Да что там старинные улицы и церкви, если строящийся элитный жилой комплекс (Новый Арбат, 27–29) умудрился «задавить» даже весьма крупномасштабный и разностильный ансамбль западной части Нового Арбата? И ведь поставили его не в какой-нибудь двор (чтобы не так бросался в глаза), а прямо на красную линию…

 

Да что там старинные улицы и церкви, если строящийся элитный жилой комплекс (Новый Арбат, 27–29) умудрился «задавить» даже весьма крупномасштабный и разностильный ансамбль западной части Нового Арбата? И ведь поставили его не в какой-нибудь двор (чтобы не так бросался в глаза), а прямо на красную линию…

 

 

Впрочем, во дворы тоже ставят новоделы, причем в колоссальных количествах. Вот так осуществляется их «вколачивание» в старые московские дворики (Бол.  Дмитровка, 34, стр. 4)…

 

Впрочем, во дворы тоже ставят новоделы, причем в колоссальных количествах. Вот так осуществляется их «вколачивание» в старые московские дворики (Бол.  Дмитровка, 34, стр. 4)…

 

 

Бывает, что новые дома в буквальном смысле «садятся на голову» старым (предварительно превращенным в муляжи). Угол Б.Дмитровки и Садового кольца.

 

Бывает, что новые дома в буквальном смысле «садятся на голову» старым (предварительно превращенным в муляжи). Угол Б.Дмитровки и Садового кольца.

 

 

Ансамбль 1-й Тверской-Ямской улицы, хотя и состоял преимущественно из «сталинок», производил более-менее цельное впечатление благодаря выдержанной этажности. Производил, пока в него не влез «вставной зуб» в виде башни «Галс Тауэр» (д. 5). Архитектор – все тот же Посохин-младший.

 

Ансамбль 1-й Тверской-Ямской улицы, хотя и состоял преимущественно из «сталинок», производил более-менее цельное впечатление благодаря выдержанной этажности. Производил, пока в него не влез «вставной зуб» в виде башни «Галс Тауэр» (д. 5). Архитектор – все тот же Посохин-младший.

 

 

Старые дома обычно уступают место новым «добровольно-принудительно»: или признаются «аварийными», или банально сгорают, как сгорели здания на углу Садовнической набережной и Садовнического переулка. А рядом – какая удача – еще и пустырь! Вот будет где развернуться масштабному новому строительству!..

 

Старые дома обычно уступают место новым «добровольно-принудительно»: или признаются «аварийными», или банально сгорают, как сгорели здания на углу Садовнической набережной и Садовнического переулка. А рядом – какая удача – еще и пустырь! Вот будет где развернуться масштабному новому строительству!..

 

 

Впрочем, уже и новые здания вступают между собой в конфликты. Три огромных корпуса жилого комплекса «Алые паруса», нависающие над рекреационной зоной – строгинской поймой Москвы-реки – были построены в конце 1990-х. На крыше каждого были не просто пентхаусы, а целые виллы с собственными садами. Само собой, люди заплатили за право владения этими виллами колоссальные деньги – шутка ли, быть выше всех в радиусе нескольких километров и иметь возможность пить-гулять-веселиться-загорать на стометровой высоте в собственном саду, любуясь широкой панорамой Москвы! 
А вскоре (через пару лет) рядом построили еще один огромный корпус (на фото справа). Этажей на пятнадцать выше. Вот и пейте-гуляйте-веселитесь-загорайте, уважаемые владельцы первых трех пентхаусов, когда на вас сверху с интересом смотрят жильцы еще пятнадцати этажей, а солнце и панорама основательно перекрыты...

 

Впрочем, уже и новые здания вступают между собой в конфликты. Три огромных корпуса жилого комплекса «Алые паруса», нависающие над рекреационной зоной – строгинской поймой Москвы-реки – были построены в конце 1990-х. На крыше каждого были не просто пентхаусы, а целые виллы с собственными садами. Само собой, люди заплатили за право владения этими виллами колоссальные деньги – шутка ли, быть выше всех в радиусе нескольких километров и иметь возможность пить-гулять-веселиться-загорать на стометровой высоте в собственном саду, любуясь широкой панорамой Москвы!

А вскоре (через пару лет) рядом построили еще один огромный корпус (на фото справа). Этажей на пятнадцать выше. Вот и пейте-гуляйте-веселитесь-загорайте, уважаемые владельцы первых трех пентхаусов, когда на вас сверху с интересом смотрят жильцы еще пятнадцати этажей, а солнце и панорама основательно перекрыты...

 

 

А этот беспримерно изукрашенный элитный дом около Садового кольца (Краснопролетарская ул., 7, архитектор – Роман Кананин, начало 2000-х годов) вообще находится в опасности: к югу от него строится колоссальная высотка, которая перекроет его жильцам и самые лакомые виды на исторический центр Москвы, и инсоляцию. Говорят, элитные жильцы кананинского дома во главе с эстрадным артистом Борисом Моисеевым даже устраивали у стройплощадки митинги протеста…

 

А этот беспримерно изукрашенный элитный дом около Садового кольца (Краснопролетарская ул., 7, архитектор – Роман Кананин, начало 2000-х годов) вообще находится в опасности: к югу от него строится колоссальная высотка, которая перекроет его жильцам и самые лакомые виды на исторический центр Москвы, и инсоляцию. Говорят, элитные жильцы кананинского дома во главе с эстрадным артистом Борисом Моисеевым даже устраивали у стройплощадки митинги протеста…

 

 

Очаровательный уголок старой Москвы – Патриаршие пруды – не только выжил, но и сохранил свою уникальную атмосферу и при Сталине, и при Хрущеве, и при Брежневе. Здания, построенные вокруг пруда в советское время, тяжеловесны, но соразмерны и градостроительно нейтральны, и это спасало Патриаршие…

 

Очаровательный уголок старой Москвы – Патриаршие пруды – не только выжил, но и сохранил свою уникальную атмосферу и при Сталине, и при Хрущеве, и при Брежневе. Здания, построенные вокруг пруда в советское время, тяжеловесны, но соразмерны и градостроительно нейтральны, и это спасало Патриаршие…

 

 

Спасало, пока над водой не встало высотное, яркое, безудержно эклектичное жилое здание «Патриарх» (архитектор – Сергей Ткаченко).

 

…Спасало, пока над водой не встало высотное, яркое, безудержно эклектичное жилое здание «Патриарх» (архитектор – Сергей Ткаченко).

 

 

А вот еще один очаровательный старинный уголок Москвы – Нескучный сад. Еще в начале 1990-х годов на его границе выросло офисное здание АО «Галика». Насколько глубоко вторглось в заповедную зону само здание – вопрос спорный, но вот его забор постоянно расширяется и постепенно «захватывает» все новые и новые участки сада…

 

А вот еще один очаровательный старинный уголок Москвы – Нескучный сад. Еще в начале 1990-х годов на его границе выросло офисное здание АО «Галика». Насколько глубоко вторглось в заповедную зону само здание – вопрос спорный, но вот его забор постоянно расширяется и постепенно «захватывает» все новые и новые участки сада…

 

 

Со стороны Парка Культуры над Нескучным садом нависла высотка Райффайзенбанка (Ленинский проспект, 15а).

 

Со стороны Парка Культуры над Нескучным садом нависла высотка Райффайзенбанка (Ленинский проспект, 15а). 

 

 

А в начале Андреевской набережной, рядом с Андреевским монастырем, недавно вырос элитный жилой комплекс. Справедливости ради скажем, что в советское время на его месте было неприглядное мелкое гаражно-складское хозяйство, но в итоге благими намерениями оказалась вымощена дорога в ад: и комплекс заселяется крайне туго (рядом грохочет Третье транспортное кольцо)…

 

А в начале Андреевской набережной, рядом с Андреевским монастырем, недавно вырос элитный жилой комплекс. Справедливости ради скажем, что в советское время на его месте было неприглядное мелкое гаражно-складское хозяйство, но в итоге благими намерениями оказалась вымощена дорога в ад: и комплекс заселяется крайне туго (рядом грохочет Третье транспортное кольцо)…

 

 

 

…И монастырь «задавлен».

 

 

Вот во что в итоге превратился бывший очаровательный уголок бывшей заповедной Москвы вокруг Андреевского монастыря. Сверху – главное здание Российской академии наук, архитектор – Юрий Платонов, 1970–1980-е годы. «Золотые мозги» наверху – вынужденная мера: здание проектировалось еще более высоким, но при строительстве стало ясно, что оно сползает в реку, поэтому пришлось на несколько верхних этажей оставить только каркас. Потом этот каркас позолотили и обильно изукрасили.

 

Вот во что в итоге превратился бывший очаровательный уголок бывшей заповедной Москвы вокруг Андреевского монастыря. Сверху – главное здание Российской академии наук, архитектор – Юрий Платонов. Справедливости ради отметим, что построено оно было не во времена мэра Лужкова, а в 1970–1980-е годы. 

 

 

 А рядом с Андреевским монастырем некогда был Андреевский мост Окружной железной дороги, шедевр промархитектуры начала ХХ века (архитектор Александр Померанцев). Теперь на его месте – муляж, создатели которого даже не удосужились воспроизвести основную авторскую идею Померанцева – изгиб арки, напоминавший лук с натянутой тетивой.

 

А рядом с Андреевским монастырем некогда был Андреевский мост Окружной железной дороги, шедевр промархитектуры начала ХХ века (архитектор Александр Померанцев). Теперь на его месте – муляж, создатели которого даже не удосужились воспроизвести основную авторскую идею Померанцева – изгиб арки, напоминавший лук с натянутой тетивой.

 

 

Впрочем, Андреевский мост уцелел, был перенесен ниже по течению Москвы-реки и сделан пешеходным. Только вот неповторимая померанцевская арка скрылась под стеклянной «гусеницей» (архитектор Юрий Платонов).

 

Впрочем, Андреевский мост уцелел, был перенесен ниже по течению Москвы-реки и сделан пешеходным. Только вот неповторимая померанцевская арка скрылась под стеклянной «гусеницей» (архитектор Юрий Платонов).

 

 

Вот эта «гусеница» изнутри. Летом там душно, зимой холодно. А уж на психику как давит этот бесконечный пустынный желто-коричневый коридор… И стоило ли ради него уродовать памятник архитектуры?

 

Вот эта «гусеница» изнутри. Летом там душно, зимой холодно. А уж на психику как давит этот бесконечный пустынный желто-коричневый коридор… И стоило ли ради него уродовать памятник архитектуры?

 

 

А с другой стороны излучины Москвы-реки был Краснолужский мост, однотипный Андреевскому. Его постигла та же судьба: на его месте – грубый муляж…

 

А с другой стороны излучины Москвы-реки был Краснолужский мост, однотипный Андреевскому. Его постигла та же судьба: на его месте – грубый муляж…

 

 

…А старый померанцевский мост переехал, стал пешеходным и скрылся под еще более вычурной «гусеницей» архитектора Платонова.

 

…А старый померанцевский мост переехал, стал пешеходным и скрылся под еще более вычурной «гусеницей» архитектора Платонова.

 

 

Помнится, много лет назад (в конце 1990-х) мэр Москвы Юрий Лужков вполне серьезно говорил в газетном интервью, что если бы он был мэром Рима, то восстановил бы Колизей, чтобы у римлян был большой стадион в центре города. Но Рим далеко, а Москва – вот она: примерно в то же время началась «реставрация» великой баженовской руины в Царицыне. Результат налицо – у москвичей теперь нет памятника архитектуры, но зато есть очередной большой новодел.

 

Помнится, много лет назад (в конце 1990-х) мэр Лужков вполне серьезно говорил в газетном интервью, что если бы он был мэром Рима, то восстановил бы Колизей, чтобы у римлян был большой стадион в центре города. Но Рим далеко, а Москва – вот она: примерно в то же время началась «реставрация» великой баженовской руины в Царицыне. Результат налицо – у москвичей теперь нет памятника архитектуры, но зато есть очередной большой новодел.

 

 

Особенно «по-баженовски» выглядят крыши царицынских зданий. Как-никак, «научная реставрация»…

 

Особенно «по-баженовски» выглядят крыши царицынских зданий. Как-никак, «научная реставрация»…

 

 

А вот совсем свежий новодел – строящаяся высотка вполне приличной архитектуры (мастерская Сергея Скуратова) на углу улиц Мосфильмовской и Пырьева.

 

А вот совсем свежий новодел – строящаяся высотка вполне приличной архитектуры (мастерская Сергея Скуратова) на углу улиц Мосфильмовской и Пырьева.

 

 

На фото – панорама Воробьевых гор от Третьего транспортного кольца (при согласовании проекта визуально-ландшафтный анализ проводился примерно с этой точки). Вроде бы все нормально: кажется, что высотка находится от ансамбля Воробьевых гор далеко в стороне. Но это только кажется…

 

На фото – панорама Воробьевых гор от Третьего транспортного кольца (при согласовании проекта визуально-ландшафтный анализ проводился примерно с этой точки). Вроде бы все нормально: кажется, что высотка находится от ансамбля Воробьевых гор далеко в стороне. Но это только кажется…

 

 

Москва-река у Воробьевых гор образует излучину, и эта высотка оказалась «впереди». В итоге спокойная атмосфера знаменитой заповедной парковой зоны оказалась непоправимо нарушена колоссальной высотной доминантой.

 

Москва-река у Воробьевых гор образует излучину, и эта высотка оказалась «впереди». В итоге спокойная атмосфера знаменитой заповедной парковой зоны оказалась непоправимо нарушена колоссальной высотной доминантой.

 

 

А вот как эта высотка выглядит со Смотровой площадки: на ее фоне оказалась церковь Троицы в Воробьеве. И не надо быть пророком, чтобы понять, что за этой «первой ласточкой» над Воробьевыми горами поднимутся и другие высотные здания. 
В начале 2000-х годов арт-критик и поэт Вильям Мейланд назвал все происходящее в московской архитектуре «ваятельным потопом». К сожалению, пока что не видно этому «потопу» ни конца, ни края. И вспоминаются строки из того же стихотворения Мейланда:
 
Как много башенок, аркад,
Разнообразных шпилей
Заполучил наш стольный град,
Который мы любили.
 
Любви взамен – лишь нервный вздерг
От строек и ваяний.
Град превратился в пышный торт.
Вкушайте, россияне!

 

А вот как эта высотка выглядит со Смотровой площадки: на ее фоне оказалась церковь Троицы в Воробьеве. И не надо быть пророком, чтобы понять, что за этой «первой ласточкой» над Воробьевыми горами поднимутся и другие высотные здания.

В начале 2000-х годов арт-критик и поэт Вильям Мейланд назвал все происходящее в московской архитектуре «ваятельным потопом». К сожалению, пока что не видно этому «потопу» ни конца, ни края. И вспоминаются строки из того же стихотворения Мейланда:

 

Как много башенок, аркад,

Разнообразных шпилей

Заполучил наш стольный град,

Который мы любили.

 

Любви взамен – лишь нервный вздерг

От строек и ваяний.

Град превратился в пышный торт.

Вкушайте, россияне!

 

Москва, 2008 г.

С.В. Заграевский © 2008

 

НА СТРАНИЦУ «ЗАЩИТА ИСТОРИКО-АРХИТЕКТУРНОГО И КУЛЬТУРНОГО НАСЛЕДИЯ»

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ САЙТА

 

Все материалы, размещенные на сайте, охраняются авторским правом.

Любое воспроизведение без ссылки на автора и сайт запрещено.

© С.В.Заграевский