НА СТРАНИЦУ «НАУЧНЫЕ ТРУДЫ»

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ САЙТА

 

С.В. Заграевский,

академик Российской академии художеств

 

ЗОДЧИЕ ДОМОНГОЛЬСКОЙ СЕВЕРО-ВОСТОЧНОЙ РУСИ

 

Аннотация

 

Академик С.В. Заграевский, обобщая свои многолетние исследования домонгольского владимиро-суздальского зодчества, показывает, что в период с начала XII века до 1238 года в Северо-Восточной Руси работали, как минимум, пятеро княжеских зодчих – у Юрия Долгорукого, Андрея Боголюбского, Всеволода Большое Гнездо и Юрия Всеволодовича. Плюс еще двое гипотетических зодчих, которые строили у Константина Всеволодовича. Определены постройки всех этих зодчих, их происхождение, обстоятельства их ухода с исторической сцены. Имя одного из них – Святослав Всеволодович (удельный князь Юрьева-Польского), гипотетическое прозвище другого – «немчин Куфир» (архитектор, присланный императором Фридрихом Барбароссой).

 

 

Вступление

 

Поскольку настоящее исследование является развитием и обобщением ряда опубликованных в течение последних десятилетий научных трудов автора, посвященных домонгольскому зодчеству Северо-Восточной Руси, мы не будем здесь повторять содержавшийся в этих трудах доказательный аппарат по дискуссионным вопросам датировок и первоначального вида памятников архитектуры, работы зодчих и прочих строительных кадров. Все эти труды можно найти не только в традиционных библиотеках, но и в Интернете1. Все необходимые ссылки, в том числе на Интернет-адреса этих научных трудов, имеются в Примечаниях.

И прежде всего вспомним статью «Некоторые вопросы организации древнерусского строительства»2, где автор подверг научной критике господствовавшие ранее в истории древнерусской архитектуры теории «народа-строителя», «зодчего-артельщика», «натурного проектирования» и «нескольких независимых зодчих на одном объекте» и показал, что на самом деле организация строительства в Древней Руси принципиально не отличалась от современной:

– на стройках имело место единоначалие;

– автором и ответственным исполнителем строительного проекта был зодчий, а не ктитор и не артель в целом;

– если наличествовали зодчие-соавторы или помощники, то они были объединены единым авторским замыслом и несли солидарную ответственность за выполнение заказа. Соответственно, если тот или иной зодчий не руководил строительством того или иного здания лично, а по его проекту строили его помощники, то на уровне наших знаний о зодчестве домонгольской Руси это одно и то же;

– проект любого крупного здания обязательно оформлялся в виде чертежей и (или) макетов (для предъявления заказчику и работы на стройке). Строительство без чертежей и (или) макетов было равносильно строительству вообще без проекта;

– в случае мало-мальски серьезных переделок и изменений авторского замысла в ходе строительства (следы которых часто встречаются на памятниках архитектуры и в России, и во всем мире) делались и утверждались новые чертежи и (или) новые макеты.

Настало время, исходя из этих общих принципов и имеющейся у нас актовой и архитектурно-археологической информации, собрать воедино то, что нам известно о зодчих домонгольской Северо-Восточной Руси.

В нашем исследовании речь пойдет только о зодчих, строивших из белого камня и (или) плинфы (обобщенно мы будем называть такие здания каменными). Зодчих, возводивших деревянные здания, мы вынуждены оставить за рамками исследования в силу полного отсутствия информации о них и об их постройках.

Поскольку в Древней Руси до XV века ктиторами каменных зданий (в том числе монастырских) были исключительно князья, мы вправе считать, что все зодчие домонгольской Северо-Восточной Руси были княжескими.

В принципе, если считать зодчего главой строительной артели, то результаты нашего исследования применимы и к работе артелей. Но мы показывали в монографии «Юрий Долгорукий и древнерусское белокаменное зодчество»3, что в общем случае зодчий постоянно сотрудничал не со строительной артелью в полном составе (включавшей рядовых каменщиков и низкоквалифицированных рабочих), а со «строительной дружиной», включавшей нескольких высококвалифицированных мастеров. Вероятны и ситуации, когда зодчий, переходя из княжества в княжество, вообще не приводил с собой никаких мастеров, а набирал (возможно, и обучал) их на месте.

Несомненно, каждый зодчий княжеского уровня обладал достаточной квалификацией для того, чтобы строить из любого материала, и это усложняет задачу данного исследования, так как сама по себе смена строительного материала (например, в Северо-Восточной Руси – плинфы на десятикратно4 более дорогой, но престижный, выражавший имперскую мощь и идеологию5 белый камень, и обратно) не означала необходимости привлечения другого зодчего. Этим наша задача коренным образом отличается от задачи отслеживания переходов строительных артелей6. Мы вынуждены опираться не только на крайне скудные документальные свидетельства, но и исходить из приблизительной продолжительности активной жизни зодчего, из его статуса при княжеском дворе, из его специфического «авторского почерка» (в том числе в отношении объема и качества примененного на храмах скульптурного декора), из ряда экономических и политических факторов.

 

1. Зодчие князя Юрия Долгорукого

 

Прежде всего перечислим известные нам каменные постройки Северо-Восточной Руси эпохи Юрия Долгорукого (условно определяемой с начала XII века до 1157 года, хотя, строго говоря, до 1125 года Юрий не был вполне самостоятельным князем: верховным правителем Северо-Восточной Руси был его отец Владимир Мономах):

– собор Богородицы в Суздале. Ранее 1125 года7. Четырехстолпный трехапсидный храм с нартексом. Разобран в связи с началом строительства в 1222 году нового собора;

– церковь Спаса во Владимире. Начало XII века. О местонахождении, материале, типе и плане храма сведений нет;

– церковь Бориса и Глеба в Кидекше. 1152 год. Четырехстолпный трехапсидный храм. В XVII веке верх был переложен из кирпича. В остальном сохранилась;

 

Церковь Бориса и Глеба в Кидекше.

Ил. 1. Церковь Бориса и Глеба в Кидекше.

 

Церковь Бориса и Глеба в Кидекше. Первоначальный вид. Реконструкция Ю.Ю. Савицкого и Н.А. Егорова.

Ил. 2. Церковь Бориса и Глеба в Кидекше. Первоначальный вид. Реконструкция Ю.Ю. Савицкого и Н.А. Егорова.

 

– Спасо-Преображенский собор в Переславле-Залесском. 1152 год. Четырехстолпный трехапсидный храм. Сохранился;

 

Спасо-Преображенский собор в Переславле-Залесском.

Ил. 3. Спасо-Преображенский собор в Переславле-Залесском.

 

– церковь св. Георгия на дворе Юрия Долгорукого во Владимире. 1152 год. Четырехстолпный трехапсидный храм. Обрушилась при пожаре 1778 года и была заново выстроена из белого камня (вероятно, вторичного использования);

– Георгиевский собор в Юрьеве-Польском. 1152 год. О типе и плане храма сведений нет. Разобран в связи со строительством нового собора в начале XIII века;

– церковь Спаса в Суздале. 1152 год. О местонахождении, материале, типе и плане храма сведений нет8.

Мы видим, что каменное зодчество эпохи Долгорукого можно условно разделить на два строительных периода. В первом был построен собор в Суздале – в характерной для Южной Руси смешанной технике из плинфы с прослойками камня («opus mixtum»)9. Во втором – остальные храмы, выстроенные из белого камня (мы вправе предположить, что белокаменной была и церковь Спаса в Суздале, упомянутая в том же летописном сообщении, что остальные храмы 1152 года). В научном труде «Апология ростовского летописца (к вопросу о датировке храмов Юрия Долгорукого)»10 автор настоящего исследования рассмотрел вопросы датировки храмов второго строительного периода и подтвердил верность сообщения Типографской летописи о постройке их всех в 1152 году.

Говоря о первом строительном периоде и, соответственно, о первом зодчем Юрия Долгорукого, мы вынуждены отрицать возможность появления в Залесье, которое тогда было практически неосвоенным краем, собственного архитектора. Вероятно, зодчий, построивший суздальский собор, пришел из какой-либо вотчины Владимира Мономаха в Южной Руси (об этом говорит и его характерная южнорусская строительная техника), а по окончании строительства туда вернулся, и в каменном зодчестве Северо-Восточной Руси наступил перерыв примерно на три десятилетия.

Что касается второго строительного периода, то в монографии «Юрий Долгорукий и древнерусское белокаменное зодчество»11 и статье «Начало «русской романики»: Юрий Долгорукий или Андрей Боголюбский?»12 автор показывал, что в это время храмы строили местные мастера под руководством местных зодчих, прошедших обучение (стажировку) в Западной Европе.

В указанных исследованиях мы не уделяли внимания личности архитектора, поэтому обобщенно говорили о неких абстрактных «зодчих». Сейчас, исходя из краткости второго строительного периода, мы можем полагать, что княжеский зодчий этого периода (будем называть его вторым зодчим Юрия Долгорукого) был один, но имел ряд помощников, которые руководили строительством на местах согласно проекту зодчего, ведь строительство по этому проекту шло практически одновременно в нескольких городах (возможно, и в Галицкой земле, где примерно в это же время строилась церковь Спаса, во многом схожая с храмами Юрия13). Напомним, что во Вступлении мы говорили: даже если зодчий не руководил строительством здания лично, а по его проекту строили его помощники, на уровне наших знаний о зодчестве домонгольской Руси это одно и то же, поэтому далее мы без оговорок будем говорить о зодчем в единственном числе.

О том, каким был этот проект, мы можем судить по двум хорошо сохранившимся храмам с единым «авторским почерком» – в Переславле-Залесском и Кидекше.

Говоря о перерыве, наступившем в каменном зодчестве Северо-Восточной Руси после ухода первого зодчего Юрия Долгорукого, необходимо помнить, что в это время в Залесье в большом количестве строились и деревянные здания церковного и гражданского характера, и крепости. Соответственно, процесс строительства в целом не прерывался, и строительные кадры в княжестве Долгорукого были. Значит, начиная второй строительный период, Юрий (или кто-то из его приближенных, что на уровне наших знаний о домонгольской архитектуре одно и то же) должен был только выбрать кандидата в княжеские зодчие и направить его на обучение в романскую Европу.

Давая общую характеристику работы второго зодчего Долгорукого, мы можем вспомнить то, что автор этого исследования неоднократно показывал в ряде научных трудов14: при Юрии Долгоруком в Северо-Восточной Руси началась так называемая «русская романика». Второй зодчий Юрия впервые начал использовать европейскую технику строительства из природного камня. Орнаментальный декор «универсального» романского типа, встречающийся на множестве храмов Западной Европы (аркатура и поребрик), был уже в Переславле-Залесском и Кидекше. В церкви Бориса и Глеба в Кидекше мы видим и перспективный портал.

Храмы второго строительного периода эпохи Долгорукого для своего времени уникальны. Они не имели ни нартекса, ни вимы, ни притворов, ни галерей, т.е. это крестово-купольные храмы в «типологически чистом» виде, который ранее и в Византии, и на Руси встречался крайне редко, а в Западной Европе вообще не встречался. А сочетание в этих храмах цельности плана с цельностью и башнеобразностью внешнего облика вообще прецедентов в мире не имело.

Согласно исследованиям автора15, прямым истоком белокаменной архитектуры Юрия Долгорукого являлся ключевой романский храм – императорский собор в Шпайере (Шпейере). Основанием для такого вывода явилось сходство кладки стен и фундаментов, орнаментальной резьбы, ряда других стилистических и конструктивных признаков. В средокрестии императорского собора даже реализована крестово-купольная схема с крестчатыми столпами. Важен и фактор исключительной общеевропейской значимости шпейерского собора. Таким образом, мы вправе полагать, что обучение (стажировку) второй зодчий Юрия Долгорукого проходил именно там.

 

Императорский собор в Шпайере.

Ил. 4. Императорский собор в Шпайере.

 

Отметим и высокую вероятность того, что и разведка белого камня в Суздальской земле, начавшаяся за несколько лет до 1152 года16, проходила под руководством этого зодчего, так как качество камня, необходимого для строительства, должен был определять руководитель этого строительства.

О судьбе этого зодчего после 1152 года см. п. 2.

 

2. Зодчий князя Андрея Боголюбского – «немчин Куфир»

 

В научном труде «Архитектор Фридриха Барбароссы»17 автор данного исследования подтвердил сообщение русского историка XVIII века В.Н. Татищева о работе у князя Андрея Боголюбского архитектора, присланного императором Священной Римской империи Фридрихом Барбароссой. Но говоря об этом зодчем, необходимо сделать существенную оговорку: как показывал автор в научном труде «Начало «русской романики»: Юрий Долгорукий или Андрей Боголюбский?»18, императорский архитектор был приглашен еще Юрием Долгоруким во время его киевского княжения в 1155–1157 годах. Таким образом, мы вправе называть этого архитектора не только зодчим Андрея Боголюбского, но и третьим зодчим Юрия Долгорукого.

Резонно возникает вопрос, что могло произойти со вторым зодчим Долгорукого, о котором мы говорили в п. 1. Здесь возможен ряд вариантов:

– возможности этого зодчего не соответствовали амбициозным планам Долгорукого, ставшего в 1155 году великим князем Киевским, и последний оставил этого зодчего в Суздальской земле, а в Киев пригласил императорского архитектора;

– второй зодчий Долгорукого прекратил работу по причинам, не имеющим отношения к архитектуре (был отстранен в результате каких-либо придворных интриг, потерял трудоспособность, скончался и т.п.).

А императорский зодчий, приглашенный Долгоруким в Киев, после смерти великого князя прибыл не в Киев, где вокняжилась другая (враждебная Долгорукому) ветвь Мономаховичей, а в Суздальскую землю к сыну Юрия – Андрею.

Переходя к рассмотрению произведений этого зодчего, перечислим известные нам белокаменные постройки эпохи Боголюбского (1157–1174 годы):

– Успенский собор во Владимире19. 1158–1160 годы. Шестистолпный трехапсидный храм с тремя притворами. В 1186–1189 годах обстроен высокими галереями (см. п. 3);

 

Успенский собор во Владимире.

Ил. 5. Успенский собор во Владимире.

 

Успенский собор во Владимире. Первоначальный вид. Реконструкция автора

Ил. 6. Успенский собор во Владимире. Первоначальный вид. Реконструкция автора.

 

– Золотые ворота с церковью Ризположения во Владимире20. Между 1158 и 1164 годами. Церковь предположительно являлась небольшим четырехстолпным трехапсидным храмом. Ворота в целом сохранились, церковь пропала при перестройках верха ворот;

 

Золотые ворота во Владимире.

Ил. 7. Золотые ворота во Владимире.

 

Золотые ворота во Владимире. Первоначальный вид. Реконструкция автора

Ил. 8. Золотые ворота во Владимире. Первоначальный вид. Реконструкция автора.

 

церковь Покрова на Нерли близ Боголюбова21. 1158 год. Четырехстолпный трехапсидный храм. Сохранилась;

 

Церковь Покрова на Нерли

Ил. 9. Церковь Покрова на Нерли.

 

– укрепления монастыря, собором которого была церковь Покрова на Нерли22. Ориентировочно 1160–1170-е годы. Исчезли не позднее XVIII века;

 

Укрепления монастыря на Нерли. Первоначальный план. Реконструкция автора

Ил. 10. Укрепления монастыря на Нерли. Первоначальный план. Реконструкция автора.

 

– церковь Рождества Богородицы в Боголюбове23. Четырехстолпный трехапсидный храм. 1158 год. Обрушилась в 1722 году и была полностью перестроена из кирпича;

– дворец Андрея Боголюбского в Боголюбове. Ориентировочно 1160-е годы. От дворца сохранились лестничная башня и переход на хоры церкви Рождества Богородицы, остальные его части исчезли не позднее XVIII века;

 

Сохранившиеся части дворца в Боголюбове – лестничная башня и переход на хоры храма.

Ил. 11. Сохранившиеся части дворца в Боголюбове – лестничная башня и переход на хоры храма.

 

Дворцово-храмовый комплекс в Боголюбове. Первоначальный вид. Реконструкция автора.

Ил. 12. Дворцово-храмовый комплекс в Боголюбове. Первоначальный вид. Реконструкция автора.

 

укрепления Боголюбова. Ориентировочно 1160–1170-е годы24. Исчезли не позднее XVIII века;

 

Карта укреплений домонгольского Боголюбова.
Римскими цифрами на карте обозначены:
I – белокаменный дворцово-храмовый комплекс Андрея Боголюбского («замок»);
II – часть города с белокаменно-земляными укреплениями (детинец);
III – часть города с дерево-земляными укреплениями (укрепленный посад);
IV – торг.
Сплошными линиями обозначены сохранившиеся укрепления, пунктиром – реконструируемые.

Ил. 13. Карта укреплений домонгольского Боголюбова.

Римскими цифрами на карте обозначены:

I – белокаменный дворцово-храмовый комплекс Андрея Боголюбского («замок»);

II – часть города с белокаменно-земляными укреплениями (детинец);

III – часть города с дерево-земляными укреплениями (укрепленный посад);

IV – торг.

Сплошными линиями обозначены сохранившиеся укрепления, пунктиром – реконструируемые.

 

– Успенский собор в Ростове. 1161–1162 годы. Первоначально четырехстолпный трехапсидный храм, позднее к нему был пристроен нартекс, после чего собор стал шестистолпным25. Обрушился в 1204 году;

– Спасо-Преображенская церковь во Владимире. 1164 год26. Четырехстолпный трехапсидный храм. Обрушилась при пожаре 1778 года.

В вышеуказанном научном труде «Архитектор Фридриха Барбароссы» автор подробно исследовал вопросы происхождения зодчего (в частности, показав, что он прибыл из Германии) и определил его постройки на Руси – все вышеперечисленные здания эпохи Андрея Боголюбского, лишь с оговоркой, что о двух последних – Успенском соборе в Ростове и церкви Спаса во Владимире – мы можем судить с меньшей степенью уверенности, чем о предыдущих.

В постройках этого зодчего получила свое развитие зародившаяся при Долгоруком «русская романика», появились такие типично романские черты, как зооантропоморфный скульптурный декор (с изображениями людей и животных), пилястры с полуколоннами, аттический профиль цоколей, базы с угловыми «рогами» («грифами», «когтями»), развитые перспективные порталы, трехчастные окна, аркатурно-колончатые пояса, кубоватые капители и пр.27 Существенно увеличились и размеры храмов (во всяком случае, кафедральных соборов – во Владимире и Ростове). Учитывая статус Священной Римской империи в XII веке, иностранец такого высокого уровня никогда на Руси не работал ни до, ни после.

В научном труде «Архитектор Фридриха Барбароссы» автор обратил внимание на вероятность того, что на Руси этот императорский архитектор имел прозвище «немчин Куфир».

 

3. Зодчий великого князя Всеволода Большое Гнездо

 

После 1164 года – даты постройки церкви Спаса во Владимире – в каменном зодчестве Северо-Восточной Руси наступил более чем 20-летний перерыв. За это время императорский архитектор, несомненно, прекратил работу на Руси (вероятно, уехал домой, в Священную Римскую империю), и у Всеволода работал уже другой зодчий.

Перечислим каменные постройки эпохи Всеволода Большое Гнездо (1176–1212 годы):

– обстройка владимирского Успенского собора галереями28. 1185–1189 годы. Собор с галереями сохранился;

– Дмитриевский собор во Владимире. 1191 год29. Четырехстолпный трехапсидный храм. Сохранился;

 

Дмитриевский собор во Владимире.

Ил. 14. Дмитриевский собор во Владимире.

 

– собор Богородице-Рождественского монастыря во Владимире. 1192–1196 годы. Четырехстолпный трехапсидный храм. Разобран в середине XIX века, на его месте был построен новый белокаменный храм в старинных формах, разрушенный в 1930-х годах;

– укрепления детинца во Владимире. Ориентировочно 1194–1196 годы. Исчезли ранее XVII века;

– церковь Иоакима и Анны на воротах детинца во Владимире. Ориентировочно 1196 год. О типе и плане храма сведений нет. Прекратила существование вместе с детинцем;

– обстройка Дмитриевского собора галереями30. Около 1199 года. Галереи разобраны в XIX веке;

 

Дмитриевский собор в обстройке галереями. Рис. Ф. Дмитриева.

Ил. 15. Дмитриевский собор в обстройке галереями. Рис. Ф. Дмитриева.

 

– собор Успенского Княгинина монастыря. 1200–1202 годы. Четырехстолпный трехапсидный храм. В отличие от всех предыдущих построек, был не белокаменным, а плинфяным. В XVI веке на его месте был построен новый кирпичный собор.

Н.Н. Воронин полагал, что у Всеволода строили местные, владимирские зодчие31, и их «крупнейшим делом» была обстройка владимирского Успенского собора галереями32.

А.И. Комеч выражал мнение, что в 1186–1189 годах, как и на рубеже 1150-х и 1160-х годов, над этим собором работал немецкий зодчий33. Исследователь обосновывал это тем, что формы владимирского храма в перестройке Всеволода близки формам собора в Вормсе (вторая половина XII века), у этих храмов схожи оконные профилировки и перспективные углубления стен.

Но необходимо учитывать, что:

– стены галерей Всеволода имеют различную толщину (от 1,7 до 1,8 м), разбивка их членений нерегулярна, арочные перемычки имеют различную ширину и перекосы;

– фундаменты разнотипны, в них применены архаичные лежни;

– аркатурно-колончатый пояс южной стены располагается ниже поясов других стен (А.И. Некрасов справедливо называл такое расположение пояса южной стены «крупным дефектом и архитектурной нелепостью»34;

– внутреннее пространство перестроенного храма, несмотря на возведение новых световых барабанов и пробивку в старых стенах арок, стало темным, тесным и лабиринтообразным, что противоречило основным принципам нарождавшейся готики;

– позиция А.И. Комеча противоречит словам летописца о том, что Всеволод Большое Гнездо «иже не ища мастеров от немець, но налезе мастеры от клеврет святое Богородици и от своих»35.

Все перечисленные факты исключают работу над обстройкой Успенского собора немецкого зодчего и подтверждают позицию Н.Н. Воронина о работе исключительно местных строительных кадров. Но если Н.Н. Воронин в соответствии с господствующими теориями своего времени о «народе-строителе» и «зодчем-артельщике» (см. Вступление) не подчеркивал роль зодчего и говорил о «зодчих» во множественном числе, то мы, учитывая все сказанное во Вступлении, можем утверждать, что галереи Успенского собора возводились под руководством местного зодчего. А учитывая наблюдения А.И. Комеча о сходстве ряда черт этих галерей и Вормсского собора, мы можем полагать, что, как и второй зодчий Юрия Долгорукого (см. п. 1), этот зодчий прошел обучение (стажировку) в Священной Римской империи, точнее, в Германии, только не в Шпейере, а в Вормсе.

 

Собор в Вормсе

Ил. 16. Собор в Вормсе.

 

Говоря о 20-летнем перерыве, наступившем в каменном зодчестве Северо-Восточной Руси после прекращения Андреем Боголюбским белокаменного строительства и ухода императорского архитектора, необходимо повторить то, о чем мы говорили в п. 1: процесс строительства в целом не прерывался, возводились и деревянные здания церковного36 и гражданского характера, и, вероятно, гражданские плинфяные постройки. Велся и текущий ремонт каменных храмов (например, известен ремонт суздальского собора в 1194 году37). Соответственно, строительные кадры во Владимиро-Суздальском княжестве были. От Всеволода Большое Гнездо требовалось только выбрать кандидата в княжеские зодчие и направить на обучение в Империю.

И галереи Успенского собора стали первым большим проектом этого зодчего по возвращении на родину. В целом он с этим проектом справился, отточил свое мастерство и вскоре применил его на великолепном (хотя и сравнительно небольшом по размерам, т.е. конструктивно менее сложном) Дмитриевском соборе.

Вообще говоря, работу Всеволодова зодчего можно охарактеризовать как «архитектурный прагматизм»38. Построив дворцовый Дмитриевский собор и не столь великолепный, но все же белокаменный собор Рождественского монастыря, он в дальнейшем позволял себе (несомненно, по согласованию с князем-ктитором, но суть от этого не меняется) и обстройку этих храмов «неэстетичными» галереями, и «непрестижное», но на порядок более дешевое плинфяное строительство (Успенский собор Княгинина монастыря, часть стен владимирского детинца). Да и в случае владимирского кафедрального Успенского собора этот «архитектурный прагматизм» выразился в том, что он не стал сносить храм Боголюбского и строить на его месте новый, а предпочел расширить и укрепить старый.

Может возникнуть вопрос, тот ли самый зодчий, являвшийся специалистом прежде всего по белому камню, построил плинфяной собор Княгинина монастыря. Но мы говорили во Вступлении, что каждый зодчий княжеского уровня обладал достаточной квалификацией для того, чтобы строить из любого материала (и Н.Н. Воронин, говоря о «княжеской и церковной линиях» в архитектуре этой эпохи, справедливо полагал, что над обеими «линиями» могли работать одни и те же мастера39). Обратим внимание и на очень небольшой временной промежуток между обстройкой Дмитриевского собора белокаменными галереями (около 1199 года) и началом плинфяного строительства в Княгинине (1200 год). Вряд ли за такое короткое время можно было найти и подготовить нового зодчего.

 

4. Зодчие великого князя Константина Всеволодовича

 

Говоря о каменных постройках эпохи Константина Всеволодовича (условно принимаемой как 1212–1218 годы, хотя политическая обстановка в Северо-Восточной Руси была в это время крайне нестабильной, и Константин до 1216 года княжил в Ростове), необходимо отметить, что ни одна из них не сохранилась, и об их типе и плане мы ничего не знаем. Судя по летописям, это:

– церковь Бориса и Глеба в Ростове (1214–1218);

– Успенский собор в Ярославле (заложен в 1215, дата окончания строительства неизвестна);

– Спасо-Преображенский собор в Ярославле. 1216–1224 годы. (Храм заканчивали уже при Всеволоде Константиновиче, удельном князе при великом князе Юрии Всеволодовиче).

– церковь Воздвижения на Торгу во Владимире. 1218 год.

Известно, что все ростовские и ярославские храмы были плинфяными, но украшенными белокаменным декором. О владимирской же церкви Воздвижения мы вообще ничего не знаем, даже мало-мальски точного местоположения.

Н.Н. Воронин относил к эпохе Константина и заложенный в 1213 году Успенский собор в Ростове40 (пришедший на смену собору, построенному архитектором Андрея Боголюбского), но на самом деле при таком длительном строительном периоде гораздо более вероятно отнесение возведения огромного белокаменного здания ближе к 1231 году, т.е. к эпохе Юрия Всеволодовича (см. п. 5). Причины этому следующие:

– вскоре после заложения собора в Северо-Восточной Руси началась гражданская война, приведшая к кровопролитной Липицкой битве 1216 года (а война, как автору уже не раз приходилось говорить, – злейший враг зодчества);

– известные нам архитектурные черты ростовского Успенского собора роднят его с суздальским собором Рождества Богородицы 1222–1225 годов, что отмечал и Н.Н. Воронин41;

– в Древней Руси известно множество случаев, когда строительство начиналось спустя много лет после заложения42.

В любом случае окончание каменного строительства Всеволода и начало каменного строительства Константина разделяло более десяти лет. Это достаточно большой перерыв для того, чтобы мы имели право говорить о зодчих Всеволода и Константина как о разных людях. К тому же Всеволод строил, будучи великим князем Владимирским, а Константин – будучи великим князем Ростовским и, соответственно, Ярославским (вокняжившись в 1216 году во Владимире, Константин заложил только церковь Воздвижения на Торгу).

К сожалению, подтвердить или опровергнуть тождество зодчих Всеволода и Константина на основе «авторского почерка» мы не можем, так как о храмах эпохи Константина мы почти ничего не знаем, кроме того, что по сравнению с предыдущей эпохой – Всеволода – уменьшились их размеры (за исключением ростовского Успенского собора, но там ситуация была особой: из соображений престижа требовалось построить храм не меньший, чем разрушившийся, и в итоге, как мы видели выше, это строительство Константин и его зодчий «не потянули», и окончено оно было уже в великое княжение Юрия Всеволодовича). Но уменьшение размеров храмов могло быть вызвано не сменой зодчего, а недостатком финансирования в условиях крайне нестабильной политико-экономической ситуации в Северо-Восточной Руси.

Таким образом, теоретически возможны следующие варианты:

– у Константина Всеволодовича был один зодчий (отличный от зодчего Всеволода), который сначала строил у Константина в Ростове и Ярославле, а потом во Владимире:

– у Всеволода и Константина был один и тот же зодчий, который мог ездить между Владимиром, Ростовом и Ярославлем или посылать в разные города помощников (в условиях стабильной политической ситуации это никаких проблем не представляло, но в условиях нестабильной – было весьма проблематично);

– у Константина было двое зодчих (отличных от зодчего Всеволода), один из которых строил ростовские и ярославские храмы, а другой – церковь Воздвижения на Торгу во Владимире;

– зодчий Константина строил в Ростове и Ярославле, а когда Константин стал великим внязем Владимирским, то привлек для строительства церкви Воздвижения старого владимирского зодчего, работавшего у Всеволода Большое Гнездо.

Исходя из всего вышеизложенного, о зодчем Константина Всеволодовича мы можем говорить лишь условно. Возможно, новые архитектурно-археологические исследования храмов этой эпохи когда-либо прольют свет на этот вопрос.

 

5. Зодчий великого князя Юрия Всеволодовича – удельный князь Святослав Всеволодович

 

В эпоху Юрия Всеволодовича (будем считать ею его второе владимирское великое княжение в 1218–1238 годах) были построены следующие каменные храмы:

– собор Рождества Богородицы в Суздале43. 1222–1225 годы. Трехглавый шестистолпный трехапсидный храм с тремя притворами, сменивший собор, построенный при Мономахе. Обрушился в 1445 году, верх достроен из кирпича в 1528 году;

 

Собор Рождества Богородицы в Суздале.

Ил. 17. Собор Рождества Богородицы в Суздале.

 

Собор Рождества Богородицы в Суздале. Первоначальный вид. Реконструкция автора.

Ил. 18. Собор Рождества Богородицы в Суздале. Первоначальный вид. Реконструкция автора.

 

– Спасо-Преображенский собор в Нижнем Новгороде. 1225–1227 годы. О типе и плане храма сведений нет, кроме вероятности того, что он был трехпритворным;

– церковь Михаила Архангела в Нижнем Новгороде. 1227–1229 годы. Четырехстолпный трехапсидный храм с тремя притворами. В 1359 году церковь была полностью перестроена;

– Успенский собор в Ростове Великом, заложенный в 1213 году. Время фактического начала строительства, как мы показывали в п. 3, неизвестно, дата завершения – 1231 год. Шестистолпный трехапсидный храм. В 1408 году у храма обрушился верх, восстановленный к 1411 году. В XVI веке на его месте был построен кирпичный собор;

– Георгиевский собор в Юрьеве-Польском44. 1230–1234 годы. Четырехстолпный трехапсидный храм с тремя притворами. Обрушился в начале – середине XV века, частично восстановлен в 1471 году.

 

Георгиевский собор в Юрьеве-Польском.

Ил. 19. Георгиевский собор в Юрьеве-Польском.

 

Георгиевский собор в Юрьеве-Польском. Первоначальный вид. Реконструкция автора.

Ил. 20. Георгиевский собор в Юрьеве-Польском. Первоначальный вид. Реконструкция автора.

 

Все эти храмы – не плинфяные, а белокаменные, т.е. Юрий Всеволодович вернулся к крайне дорогой, но престижной (см. Вступление) строительной технике своих предков – Юрия Долгорукого, Андрея Боголюбского и Всеволода Большое Гнездо. По всей видимости, экономическая обстановка относительно мирных лет второго владимирского княжения Юрия Всеволодовича это позволяла.

И начнем мы разговор о зодчем Юрия Всеволодовича с Георгиевского собора в Юрьеве-Польском, так как этот храм является единственным домонгольским зданием Северо-Восточной Руси, у которого нам доподлинно известно имя зодчего. Согласно сообщению Тверской летописи, младший брат Константина и Юрия Всеволодовичей, удельный князь Юрьева-Польского Святослав «сам бе мастер»45.

В монографии, посвященной Георгиевскому собору46, автор настоящего исследования подтверждал адекватность этого летописного сообщения и показывал, что слово «мастер» означало именно зодчего. Теперь, поскольку все вышеперечисленные храмы этой эпохи объединены единым «авторском почерком», что справедливо отмечал и Н.Н. Воронин47, мы можем полагать, что Святослав Всеволодович был зодчим и всех этих храмов.

Факт, что зодчим был именно князь, имевший исключительные организационные и финансовые возможности, подтверждается тем, что переход от скромных ростовских и ярославских плинфяных храмов эпохи Константина (см. п. 4) к огромному, белокаменному, богато декорированному и в целом сопоставимому с лучшими постройками эпохи Андрея Боголюбского суздальскому собору произошел не более чем за пять лет. По всей видимости, за это время Святослав Всеволодович прошел в Священной Римской империи обучение (стажировку) и, вернувшись на Русь, начал храмовое строительство в Суздале.

Святослав, младший брат великих князей Константина и Юрия, в домонгольское время далекий от престолонаследия, не обладавший значительными политическими амбициями, сравнительно редко принимавший участие в военных походах, получивший в удел спокойный и находящийся вдали от границ великого княжества Юрьев-Польский, вряд ли был сильно обременен государственными заботами. Следовательно, в том, что он в свободное время профессионально занимался почетным и богоугодным делом – храмозданием, нет ничего удивительного.

Зодчий же Константина Всеволодовича (см. п. 4) в это время достраивал плинфяной Спасский собор в Ярославле (завершенный в 1224 году), а потом сошел с исторической сцены: возможно, он при новом великом князе Юрии прекратил работу по каким-то причинам, не имеющим отношения к архитектуре, но более вероятно, что он оказался «отодвинут» несравненно более влиятельным конкурентом – князем Святославом.

 

Заключение

 

Витрувий писал, что зодчий «должен быть человеком грамотным, умелым рисовальщиком, изучить геометрию, всесторонне знать историю, внимательно слушать философов, быть знакомым с музыкой, иметь понятие о медицине, знать решения юристов и обладать сведениями в астрономии и в небесных законах». По Витрувию, зодчий – это тот, кто «смолоду постепенно восходил от одной отрасли образования к другой и, впитав в себя знания многих наук и искусств, дошел до самых высот архитектуры»48.

И мы можем утверждать, что знаем в домонгольской Северо-Восточной Руси, как минимум, пятерых таких специалистов – княжеских зодчих Юрия Долгорукого, Андрея Боголюбского, Всеволода Большое Гнездо, Юрия Всеволодовича. Еще мы можем гипотетически говорить о двоих зодчих Константина Всеволодовича. Знаем и два имени – одно точно (Святослав Всеволодович), одно гипотетически, на уровне прозвища («немчин Куфир»). В условиях относительно скудной (хотя бы по сравнению с Русью XVIXVII веков, не говоря о Западной Европе) актовой и архитектурно-археологической информации это немало.

 

Примечания

 

1. В частности, все упомянутые в данном исследовании научные труды автора есть в электронной научной библиотеке «РусАрх» (www.rusarch.com).

2. Заграевский С.В. Некоторые вопросы организации древнерусского строительства // Материалы межрегиональной краеведческой конференции (28 апреля 2011 г.). Владимир, 2012. С. 292–302. Интернет-адрес: http://zagraevsky.com/build.htm.

3. Заграевский С.В. Юрий Долгорукий и древнерусское белокаменное зодчество. М., 2001. Гл. 2. Интернет-адрес: http://zagraevsky.com/dolgoruky3.htm.

4. Там же. Гл. 1. Интернет-адрес: http://zagraevsky.com/dolgoruky2.htm.

5. Там же.

6. Раппопорт П.А. Строительное производство Древней Руси. СПб, 1994. С. 128–129. Интернет-адрес: http://rusarch.ru/rappoport2.htm.

7. Обоснование даты храма см.: Заграевский С.В. О гипотетическом «промежуточном» строительстве собора Рождества Богородицы в Суздале в 1148 году и первоначальном виде суздальского храма 1222–1225 годов // Материалы межрегиональной краеведческой конференции (28 апреля 2008 г.). Владимир, 2009. С. 218–235. Интернет-адрес: http://zagraevsky.com/1148.htm.

8. Автор данного исследования показывал, что вероятнее всего местонахождение церкви Спаса в Суздальском кремле, на суздальском дворе Долгорукого внутри городских стен, недалеко от валов со стороны реки, на месте церкви Успения XVIII века (см.: Заграевский С.В. Новые исследования памятников архитектуры Владимиро-Суздальского музея-заповедника. М., 2008. Прим. 9 к гл. 2. Интернет-адрес: http://zagraevsky.com/vsmz12.htm).

9. Варганов А.Д. К истории владимиро-суздальского зодчества. В журн.: «Советский музей», № 2, 1938; Варганов А.Д. К архитектурной истории Суздальского собора // КСИИМК, вып. 11, 1945. С. 99–101; Варганов А.Д. Новые данные к архитектурной истории Суздальского собора XIXIII веков // СА, № 4, 1960; Варганов А.Д. История одного здания. В кн.: О крае родном: люди, история, жизнь, природа земли Владимирской. Ярославль, 1978. С. 21; Иоаннисян О.М., Зыков П.Л., Торшин Е.Н. Работы архитектурно-археологической экспедиции в 1996 году // Государственный Эрмитаж. Отчетная археологическая сессия за 1996 год. СПб, 1997. С. 57–60; Зыков П.Л. К вопросу о реконструкции Суздальского собора конца XI – начала XII в. // Средневековая архитектура и монументальное искусство. Раппопортовские чтения. Тезисы докладов. СПб, 1999; Глазов В.П., Зыков П.Л., Иоаннисян О.М. Архитектурно-археологические исследования во Владимирской области // Археологические открытия 2001 года. М., 2002.

10. Заграевский С.В. Апология ростовского летописца (к вопросу о датировке храмов Юрия Долгорукого). Тезисы // Материалы областной краеведческой конференции, посвященной столетию со дня рождения Н.Н.Воронина (19 апреля 2004 г.). Владимир, 2004. С. 15-26. Интернет-адрес: http://zagraevsky.com/apology.htm.

11. Заграевский С.В. Юрий Долгорукий и древнерусское белокаменное зодчество… Гл. 3. Интернет-адрес: http://zagraevsky.com/dolgoruky4.htm.

12. Заграевский С.В. Начало «русской романики»: Юрий Долгорукий или Андрей Боголюбский? М., 2005. Интернет-адрес: http://zagraevsky.com/romanik.htm.

13. Критика версии Н.Н. Воронина и О.М. Иоаннисяна (Воронин Н.Н. Зодчество Северо-Восточной Руси XIIXV веков. Т. 1. М., 1961. С. 68, 89, 91; Иоаннисян О.М. О раннем этапе развития галицкого зодчества // АН СССР. Краткие сообщения. № 164. Славяно-русская археология. М., 1981. С. 40) о приходе к Юрию Долгорукому мастеров из Галицкой земли приведена в гл. 2 вышеуказанной монографии «Юрий Долгорукий и древнерусское белокаменное зодчество» и в вышеуказанной статье «Апология ростовского летописца…». В гл. 3 той же монографии автор показывал вероятность того, что мастера Долгорукого строили не только в Северо-Восточной Руси, но и в Галицкой земле: они могли пройти стажировку на Западе раньше, чем в Суздальской земле были разведаны каменоломни, и в образовавшееся «свободное время» работать в Галиче у князя Владимирка, союзника Долгорукого. А в начале 1150-х годов в Северо-Восточной Руси, наконец, нашли белый камень, и Юрий отозвал своих мастеров.

Такой была точка зрения автора в начале 2000-х годов. Сейчас, учитывая исследования 2011 года, нашедшие отражение в вышеуказанной статье «Некоторые вопросы организации древнерусского строительства» и во Вступлении к данному научному труду, мы можем ее несколько скорректировать и предположить более простой вариант: зодчий Юрия вообще не ездил в Галич, а послал туда свой проект и, возможно, кого-то из помощников.

14. Заграевский С.В. Типологическое формирование и базовая классификация древнерусского церковного зодчества. Saarbrücken, 2015. Интернет-адрес: http://zagraevsky.com/classification.htm; Заграевский С.В. Апология ростовского летописца…

15. Заграевский С.В. Апология ростовского летописца…

16. Заграевский С.В. Организация добычи и обработки белого камня в Древней Руси // Русское общество спелестологических исследований. М., 2008. С. 5–28. Интернет-адрес: http://zagraevsky.com/stone.htm.

17. Заграевский С.В. Архитектор Фридриха Барбароссы // «Хвалам достойный…». Андрей Боголюбский в русской истории и культуре. Международная научная конференция. Владимир, 5–6 июля 2011 года. Владимир, 2013. С. 184–195. Интернет-адрес: http://zagraevsky.com/barbarossa.htm.

18. Заграевский С.В. Начало «русской романики»: Юрий Долгорукий или Андрей Боголюбский?..

19. Вопросы архитектурной истории и реконструкции первоначального вида храма см.: Заграевский С.В. Успенский собор во Владимире: некоторые вопросы архитектурной истории // Памяти Андрея Боголюбского. Сб. статей. Москва – Владимир, 2009. С. 95–114. Интернет-адрес: http://zagraevsky.com/uspensky.htm.

20. Вопросы архитектурной истории и реконструкции первоначального вида здания см.: Заграевский С.В. Новые исследования памятников архитектуры Владимиро-Суздальского музея-заповедника... Гл. 6. Интернет-адрес: http://zagraevsky.com/vsmz7.htm.

21. Вопросы архитектурной истории храма и обоснования его даты см.: Заграевский С.В. К вопросу о реконструкции и датировке церкви Покрова на Нерли // Материалы областной краеведческой конференции (20–21 апреля 2007 г.). Владимир, 2008. Т. 2. С. 3–12. Интернет-адрес: http://zagraevsky.com/pokrov.htm.

22. Заграевский С.В. Вопросы ранней истории Покровского монастыря на Нерли // Материалы ХХII межрегиональной краеведческой конференции (21 апреля 2017 г.). Владимир, 2018. С. 307–322. Интернет-адрес: http://zagraevsky.com/cloister.htm.

23. Вопросы архитектурной истории и реконструкции первоначального вида дворцово-храмового комплекса в Боголюбове см.: Заграевский С.В. Новые исследования памятников архитектуры Владимиро-Суздальского музея-заповедника... Гл. 7. Интернет-адрес: http://zagraevsky.com/vsmz8.htm; Заграевский С.В. Великокняжеский замок в Боголюбове: опыт графической реконструкции. В кн.: Материалы XVII межрегиональной краеведческой конференции (20 апреля 2012 г.). Т. 1. Владимир, 2013. С. 296–312. Интернет-адрес: http://zagraevsky.com/bogolubovo_graph.htm.

24. Вопросы архитектурной истории и реконструкции боголюбовских укреплений см.: Заграевский С.В. Историческая топография домонгольского Боголюбова // Материалы ХХIII межрегиональной краеведческой конференции (13 апреля 2018 г.). Владимир, 2018. С. 105–128.

25. Иоаннисян О.М., Леонтьев А.Е., Зыков П.Л., Торшин Е.Н. Памятники древнерусского зодчества XII–XIII вв. в Ростове Великом // Труды VI международного конгресса славянской археологии. Т.5. М., 1999. С. 256.

26. Обоснование даты храма см.: Заграевский С.В. К уточнению даты и статуса церкви Спаса во Владимире // Памяти Андрея Боголюбского. Сб. статей. Москва – Владимир, 2009. С. 126–130. Интернет-адрес: http://zagraevsky.com/spas.htm.

27. Заграевский С.В. Типологическое формирование и базовая классификация древнерусского церковного зодчества…

28. Вопросы архитектурной истории и реконструкции первоначального вида храма см.: Заграевский С.В. Успенский собор во Владимире: некоторые вопросы архитектурной истории…

29. Вопросы архитектурной истории и реконструкции первоначального вида храма см.: Тимофеева Т.П. К уточнению даты Дмитриевского собора // Дмитриевский собор во Владимире. М., 1997. С. 38–41. Интернет-адрес: http://rusarch.ru/timofeeva13.htm; Заграевский С.В. Новые исследования памятников архитектуры Владимиро-Суздальского музея-заповедника... Гл. 10. Интернет-адрес: http://zagraevsky.com/vsmz11.htm.

30. Обоснование даты галерей см.: Заграевский С.В. Новые исследования памятников архитектуры Владимиро-Суздальского музея-заповедника... Гл. 10.

31. Воронин Н.Н. Зодчество Северо-Восточной Руси XIIXV веков. Т. 1. М., 1961. С. 465–466. Интернет-адрес: http://rusarch.ru/voronin11.htm.

32. Там же. С. 374.

33. Комеч А.И. Архитектура Владимира 1150–1180-х гг. Художественная природа и генезис «русской романики» // Древнерусское искусство. Русь и страны византийского мира. XII век. СПб, 2002. С. 249. Интернет-адрес: http://rusarch.ru/komech1.htm.

34. Некрасов А.И. Из суздальско-владимирских впечатлений. В журн.: «Среди коллекционеров», №№ 5–6, 1924. С. 33–34.

35. ПСРЛ 1:411.

36. О масштабах деревянного церковного строительства домонгольской Северо-Восточной Руси см., например: Воронин Н.Н. Зодчество Северо-Восточной Руси XIIXV веков. Т. 2. М., 1962. С. 15. Интернет-адрес: http://rusarch.ru/voronin13.htm.

37. ПСРЛ 1:411.

38. Это определение впервые было дано автором в статье: Заграевский С.В. Успенский собор во Владимире: некоторые вопросы архитектурной истории…

39. Воронин Н.Н. Указ. соч. Т. 1. С. 464–465.

40. Там же. Т. 2. С. 16.

41. Там же. С. 58.

42. Подробно см.: Заграевский С.В. К вопросу о датировке церкви преподобного Никона (Никоновского придела Троицкого собора) в Троице-Сергиевой Лавре // Памятники культуры. Новые открытия. 2006. М., 2009. С. 616–624. Интернет-адрес: http://zagraevsky.com/nikon.htm.

43. Вопросы архитектурной истории и реконструкции первоначального вида храма см.: Заграевский С.В. Новые исследования памятников архитектуры Владимиро-Суздальского музея-заповедника... Гл. 3. Интернет-адрес: http://zagraevsky.com/vsmz4.htm; Заграевский С.В. Вопросы реконструкции первоначального вида суздальского собора Рождества Богородицы начала XIII века // На пороге тысячелетия. Суздаль в истории и культуре России. К 990-летию первого упоминания Суздаля в древнерусских летописях. Материалы научно-практической конференции (7 августа 2014 г.) Владимир, 2015. С. 75–84. Интернет-адрес: http://zagraevsky.com/suzdal_reconstruction.htm.

44. Вопросы архитектурной истории и реконструкции первоначального вида храма см.: Заграевский С.В. Вопросы архитектурной истории и реконструкции Георгиевского собора в Юрьеве-Польском. М., 2008. Интернет-адрес: http://zagraevsky.com/georgiev.htm.

45. ПСРЛ 15:355.

46. Заграевский С.В. Вопросы архитектурной истории и реконструкции Георгиевского собора в Юрьеве-Польском…

47. В отношении суздальского и юрьев-польского соборов: Воронин Н.Н. Указ. соч. Т. 2. С. 100; в отношении суздальского собора и новгородских храмов – там же, с. 43–55; в отнощении суздальского и ростовского соборов – там же, с. 58.

48. Витрувий. Десять книг об архитектуре. Пер. с лат. Ф.А. Петровского. М., 2003.

 

 

Все материалы, размещенные на сайте, охраняются авторским правом.

Любое воспроизведение без ссылки на автора и сайт запрещено.

© С.В.Заграевский

 

НА СТРАНИЦУ «НАУЧНЫЕ ТРУДЫ»

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ САЙТА